Стихи Анатолия Ежова

Отчизна

В любви Отчизне не клянутся,
Не произносят вслух слова,
Когда и так из сердца рвутся
Россия, Родина, Москва.

Но есть любовь иного рода,
И надо так любить уметь,
Чтоб на глазах всего народа
Встать за нее и умереть.

Но умереть, не зная смерти,
И в бронзе, камне, гипсе жить,
Чтобы тобой на белом свете
Она осталась дорожить.

В любви Отчизне не клянутся,
Но выше нету торжества,
Когда стоят, когда не гнутся
Россия, Родина, Москва.

Не ищи себе легкого брода

Не ищи себе легкого брода,
Знай, холодные хляби меси.
Ничего не проси у природы,
Кроме соли себе не проси.

Возводи и дома, и заводы,
И траву луговую коси.
Ничего не проси у природы,
Кроме хлеба с водой не проси.

Только помни, откуда ты родом,
Только песни слагай о Руси.
Ничего не проси у природы,
Кроме верных друзей не проси.

Честь народа и совесть народа
Через битвы с врагом пронеси.
Ничего не проси у природы,
Если можешь, совсем не проси.

В БОГОМ ЗАБЫТОМ КРАЮ

Глянул налево и глянул направо-
И разрыдаться готов:
Что же на русских могилах, Держава,
Нет ни венков, ни цветов?

Тут ничего не останется скоро.
В горле удушье и сушь.
Спит беспробудно подвыпивший сторож
В царстве заброшенных душ.

Что ему тут, горемычному, снится?
Что ему ветры поют?
Как не свихнуться и как тут не спиться
В Богом забытом краю.

Небо местами становится синим,
Солнце сияет окрест,
И восстает над болящей Россией
Кем-то подхваченный крест.


К. Васильев. ЛЕСНОЙ ЦАРЬ

ЗДРАВСТВУЙ, ЛЕС!

Здравствуй, лес! Я вернулся, дружище,
Исходив по земле тыщи вёрст,
И я слышал, как холодно свищет
Мудрый ветер по курсу норд-ост.

Я ступал и на Северный полюс.
Не забывший привет прореветь,
Мне с достоинством кланялся в пояс
Самый белый на свете медведь.

Мне «Спасибо!» кричали туркмены
И таджик к восхождению звал.
Ну, а ветер бывал переменный,
И спасибо, что встречный бывал.

Сколько красок здесь ярких и света,
Сколько душ тут понятливых, рук.
И открыты все стороны света
И для встреч, и для долгих разлук.

Ах, какой здесь бальзамовый воздух,
Даже страшно всей грудью вздохнуть,
А весёлые зимние звёзды
Освещают под ёлками путь.

Мне с тобой в этом царстве приятно
В бесконечных сугробах тонуть,
И сюда возвращаться стократно,
Чтоб из леса на юность взглянуть.

Наша молодость нас не отыщет,
Нам беспечными больше не стать...
Здравствуй, лес! Как ты вырос, дружище,
Что до плеч мне твоих не достать.

ЧУВСТВО РОДИНЫ

Какой мороз стоит с утра!
Я вас приветствую, морозы!
Пора уже будить, пора
Рассвет проспавшие берёзы.

Я одеваюсь на ходу,
На лоб натягиваю шапку.
Неужто это в том году
Я здесь друзей сгребал в охапку?

Как быстротечны времена,
Как времена неповторимы.
Вот-вот и выглянет весна
Освободившись из-под грима.

Сугробов сонных у окна,
Дневной игры теней и света,
Моя не первая весна,
Живущая дыханьем лета.

Вот-вот покажут языки
Объевшиеся снега крыши,
И упакуют земляки
До октября коньки и лыжи.

Ну а пока что свиристель
Клюёт морозную рябину,
Сопит, запыхавшись, апрель,
И тычется прохожим в спину.
Деревья по уши в снегу,
И кажется, что леса нету.
Одна пурга и сквозь пургу
Идти три месяца до лета.

Но это родина в снегу,
Я и люблю её такою,
И в несусветную пургу,
И в состоянии покоя.

Отчизне

Я твой и в радости, и в боли,
Я твой Добрыня, твой Илья,
И голос леса, голос поля,
И совесть чистая твоя.

Я не хочу иной судьбины
Хотя бы мысленно иметь.
Лишь пред тобой ломаю спину,
Лишь за тебя иду на смерть.

Тебе единственной вверяю
Уменье помнить и любить.
И не желаю хаты с краю,
И не желаю крайней быть.

Тобой единственно богатый,
Я сохраню до смерти сам
Любовь к тебе, твоим солдатам,
Любовь к отеческим гробам.

Домыслы

Ой, ты Русь моя,
Гой еси!
В чисто полюшко
Унеси.

Сивкой-Буркою
Да Жар-птицею,
И не букою,
Царь-девицею.

Небо чистое
Что-то хмурится,
Не видать ли где
Ильи Муромца?

Ох, не любит он
Сплетен крученых,
Соловьев чужих,
Необученных.

Неужели нет
В людях радости?
Невтерпеж уже
Сплетни-гадости.

Помоги, Илья,
С ними справиться,
Может, Русь твоя
И поправится!

Ты махни-взмахни
Своей палицей,
Может, сплетники
С ног и свалятся.

И не будет им
Места вскорости,
Тыщи лет стоим
Не на корысти.

А на радости,
Всепрощении,
От крещения
До крещения.

СТЫНЕТ НОЧЬ НАД ГОРОЙ МАШУК

Стынет ночь над горой Машук,
Как недавно на Чёрной речке.
И не сходят в России с рук
По великим поэтам свечки.

Вот и Пушкина больше нет,
Вот и Лермонтова не стало.
Вновь готовится пистолет
В чьё-то сердце отправить жало.

Что там пуля, когда петля
Разлохматилась в «Англетере»!
Но есенинские поля
До сих пор в эту чушь не верят

Я не верю, не верю, нет,
Что гордыня, мол, вышла боком,
Если Блок в свои сорок лет
Для России остался Блоком.

Жизнь спружинена и ясна.
Не привыкшая жить по струнке,
На Ваганьковском дотемна
Стонет хриплая семиструнка.

Спят поэты, уйдя в века,
Спят поэты, уйдя до срока.
Только бронзовая рука
Всё грустит по бессмертным строкам.


Дом Никиты Осиповича Есенина - деда поэта. В этом доме родился Сергей Александрович Есенин.

В КОНСТАНТИНОВЕ

Над Окой облака вереницей,
В Константинове дождь октября,
И последние добрые птицы
«До свиданья!» земле говорят.

А земля - не земля, позолота,
Не бывает щедрей и добрей.
Так и кажется, встретится кто-то
На пригорке с охапкой кудрей.

Заспешит, обменяется взглядом,
В деревенскую избу войдёт.
Ничего ему в жизни не надо,
Если песни такие поёт.

Если пишет о родине странно,
Забирается строчкой в сердца,
И помещица Снегина Анна
Смотрит вслед ему молча с крыльца.

То в луга уведёт, то в Криушу,
То сорвётся на дно кабака,
Непонятную русскую душу
Подарив Айседоре Дункан.

И стихи, где трепещут берёзы,
Где, как птицы, взлетают с листа
И не сохнут старушечьи слёзы,
Увлажняя родные места.

Что за шум? Может, скрип половицы
Или вздохи рязанской избы?
Кто же будет поэтом дивиться,
Если нет у поэта судьбы?

Если с родиной малой не связан,
Если нет пуповинных ремней,
Если на людях в жизни ни разу
Ты не пел и не плакал о ней!

Август, 2006

X