Юрий Алексеевич ПЕТРАКОВ
Юрий Алексеевич ПЕТРАКОВ , уроженец города Артёмовска, родился в 1948 г. в семье учителя и врача (в 80-е годы в «Социалистическом Донбассе» были опубликованы фронтовые воспоминания его отца). В 15 лет пошел работать в Донецкую музыкальную мастерскую настройщиком фортепьяно. Эта профессия подарила незабываемые встречи с Леонидом Утесовым, Олегом Лундстремом, ансамблем скрипачей Большого театра под руководством Реентовича и многими другими артистами, приезжавшими на гастроли в Донецкую область. После армии вновь вернулся в музыкальную мастерскую, затем поступил в Украинский заочный политехнический институт (УЗПИ), который без отрыва от производства окончил в 1975 году. Трудился рабочим геологоразведочной экспедиции, сотрудником Артёмовского горисполкома. В 1977 году переехал в Москву. Работал референтом бывшего начальника «Главмосинжстроя», затем старшим инженером, ведущим конструктором, начальником сектора оборонки. Последние 16 лет работает в Государственной Думе Российской Федерации политтехнологом. Прошел путь от консультанта до главного референта аппарата.
Начинал как поэт. Первые публикации в газете Бакинского округа ПВО «На страже» (1968 г.) и в Артёмовской газете «Вперёд» (1975 г.), которая является славной продолжательницей «Всероссийской кочегарки». Печатался в журнале «Донбасс», газете «Комсомолец Донбасса».
Член Союза писателей России и Международного Содружества писательских Союзов (бывший СП СССР). Автор нескольких сборников стихов и рассказов, изданных в Москве, Омске и Пскове. Регулярно печатается в российской и украинской периодике (журналы «Донбасс», «Отражение», «Российский колокол», «Московский вестник», «Москвичка» и др.). Лауреат премии Александра Грибоедова (Россия) и Бориса Гринченко (Украина).
Проживает в Москве. Имеет государственные и ведомственные награды.
(Из Интернета)

НА ВСЕ ВЕКА

Нам выпало время такое.
Такая сошла "благодать"
По чьей-то неведомой воле,
За чьи-то проделки страдать.
Годами — то лесом, то полем,
То горной тропою окрест
Брести, изнывая от боли,
Тащить свой увесистый крест.
В рубахе, упревшей от соли,
Влачиться, цепями звеня.
Доколе все это? Доколе?
Неужто до Судного дня,
Перстом осеняя неволю,
Вгрызаться в терновый венец?
Проклятое время какое!
Уйдет ли оно, наконец!?

* * *

Все, что нам в наследство предки отдали,
Промотали, бросили в распыл.
А когда и землю пораспродали,
Нас Господь за это не простил.
Прокляты! Проклятьем Божьим прокляты!
Что ни делай, что ни говори,
Реки слез людских по миру пролиты,
А страна все тонет да горит.
И на Богом проклятом ристалище
Правит бал чиновничье ворье.
Русь моя! Заброшенное кладбище,
Над которым кружит воронье!

* * *

Когда невзгоды и утраты
Вконец терпенье изведут,
И скрепы "точки невозврата"
В мгновенье лопнут и падут.
Когда под тяжестью "отката",
Скользнув, ослабится узда,
Когда вот-вот — и брат на брата...
Хватило б мудрости тогда.

* * *

Наш разум ересью охвачен.
Низы — не могут, а верхи...
Им срок пожизненный назначен
Творить все новые грехи.
Из света в тьму, с небес на плаху,
За имяреком имярек
Идем, опутанные страхом,
Из года в год, из века в век.
И вместе с нами, через силу,
Одной безрадостной судьбой
Бредет усталая Россия,
Не чуя тверди под собой.

* * *

Родную забывая речь,
Слова чужие повторяя,
Мы головы не сносим с плеч,
Мы нашу Родину теряем.
Со всем, что было и что есть,
Со всем, что не вошло в Анналы,
Со всем, что было ли, —
Бог весть? —
Но былью быть не перестало.
На каждый миг, на все года,
На жизнь, и даже после жизни,
Теряем право навсегда
Причастным быть к своей Отчизне.
Во славу наших матерей
Пускай же в речи человечьей
На все века от прошлых дней
Звучат слова родных наречий.

* * *

На всех российских перегонах,
Презрев дорожный не уют,
Идут "афганцы" по вагонам
И песни громкие поют.
Здесь все по чести —
Не до лишку. Граненый осушив стакан,
Поют мужчины про мальчишку,
Что пал когда-то за Афган.
Поют про "духов", про комбата,
Про мать-старушку у окна.
Поют, как могут петь солдаты,
Когда безмолвствует страна.
Поют, отнюдь, не ради славы,
Не за народные рубли.
В помин порушенной державы
От всей не сдавшейся земли.

* * *

Когда и ночь — невмочь, и с матом вслух
Не одолеть разящий приступ страха,
Откуда вдруг приходит этот дух,
Что поднимает мертвого из праха?
С тобою он, и ты — величина,
Что все и вся вокруг себя осилит,
Такая сила в нем заключена,
Что без него Россия — не Россия!
Он и сегодня, в наш треклятый век,
Последняя надежда и опора.
И пусть трепещет русофобов свора,
Покуда рядом русский человек.

* * *

А.С.Пушкину

Строки изысканная вязь
Его сонета,
Рождает трепетную связь
С душой поэта.
Ее изящный завиток
Исполнен смысла.
В ней им распутанный клубок
И слов, и мыслей.
В ней радость света, грусти тень,
В ней гимн для слуха,
Где в каждом звуке новый день
И сила духа!

СЕРГИЕВ ПОСАД

Как "Апостола" заглавье,
Свет-раздолье:
Златоглавье,
Вековые стены, свечи,
Ты истории предтеча,
Всей Руси первопрестолье,
Свята-Сергия гнездовье.

ШЕСТАЯ СИМФОНИЯ

Неужто жизнь моя подслушана
И предугадана давно,
И череда времен нарушена
И возвращенья не дано?
Застыл приговоренным узником,
Оглох, ослеп, а жизнь идет.
Не в горле ком, а эхо музыки
Пошевелиться не дает.
Сижу, всем миром позаброшенный,
Сухи недвижные глаза.
Тоска истошная по прошлому.
Я умер — пять минут назад.

ТРИНАДЦАТЫЙ АПОСТОЛ

Я буду предан и распят,
Но именем моим
Гордиться будут сын и брат,
Как знаменем своим.
Во имя Веры — на кресте
Себя не пощажу,
И ради Бога во Христе
Я голову сложу.
Не хватит в мире серебра
Мой бренный дух купить.
Чтоб Рай ломился от добра,
Я ад смогу испить.
Чтоб прах истерзанный воскрес,
Чтоб сгинула беда,
Сойду Архангелом с небес
В час Страшного суда.

* * *

Я люблю, за что и сам не знаю,
Хоть на том давно уже стою,
Русь полузабытая, резная,
Красоту негромкую твою.
Мудрое спокойствие селений,
Тишь патриархальных городков,
Звон колоколов и треск поленьев
В чудо-печках русских печников.
Я люблю весной бродить погостом
И о жизни думать не спеша,
Песни петь протяжно, громко, просто,
Так чтоб в них жила моя душа.
Есть со смаком, пить не только воду,
Женщину любить себе под стать.
Хорошо, что к русскому народу
Выпала мне честь принадлежать!

* * *

Знаю твердо — скоро, очень скоро,
Дни считая, этой встречи жду,
Я приеду и родимый город
Весь, до переулка, обойду.
Выйду шляхом на погост убогий,
Где отец в сырой земле лежит...
И в вагоне по большой дороге
Ворочусь к семье, чтоб дальше жить.
Видно, неспроста лицом к Востоку
Спит отец в родной земле моей.
Ну, а мне, наверное, со сроком
Лечь придется в землю сыновей.
Чтобы большаком и городами,
Уходя в свой путь на много дней,
Дети, пусть ненадолго, с годами
Возвращались к Родине своей.

Обсудить на форуме


Внимание! Администрируется.
Сообщения будут удалены в случае, использования одним посетителем нескольких имен,
Запрещается(!) использовать нецензурную брань и оскорблять участников дискуссии.


Февраль, 2013

X