Сурков Алексей Александрович (1899 - 1983)

Россия

Всё как прежде, как в древние войны:
Поселенцы уходят в леса,
И звучат в деревнях беспокойных
Причитающих баб голоса.

В тайники зарывают пшеницу.
На восток угоняют стада, -
Пьёт, и грабит, и жжёт, и глумится
Захлестнувшая землю орда.

Ночью зарев кровавых свеченье,
Днём по сёлам расправа и суд.
Упокойников вниз по теченью
Тихо русские реки несут.

Трупы стынут в молчании строгом
На пути проходящих колон;
Россиян по разбитым дорогам
Крестоносцы уводят в полон.

Но из русского ратного стана
Стёжки к стану врага не видать:
К сапогам чужеземного хана
Не приходят послы припадать.

Пусть зашли чужеземцы далече
В шире русских лесов и полей, -
Жив народ на ней! От сечи до сечи
Мы становимся крепче, и злей.

От обиды, утраты и боли
Не ступились ни сердце, ни меч.
С Куликово старинного поля
Веет ветер невиданных сеч.

Родина

Осинник зябкий, да речушка узкая,
Да синий бор, да жёлтые поля,
Ты всех милее, всех дороже, русская,
Суглинистая, жёлтая земля.

Деревни за берёзами и ёлками.
В асфальте и бетоне города.
И глушь, где стародавними просёлками
В веках прошла монгольская орда.

Не оранная дедовскими сохами,
В чертополохе диких пустырей
Лежала ты, овеянная вздохами,
Омытая слезами матерей.

Пылало небо дымными закатами,
Горели сёла русские в ночи:
Псы-рыцари, сверкающими латами,
В крови купали копья и мечи.

Холодный пепел стыл над крутоярами
И оглушал наёмных сабель звон.
Тебя пытали кровью и пожарами
И швед, и шляхтич, и Наполеон.

За данью, за поборами богатыми
На Русь дружины жадные вели
Увенчанные шлемами пернатыми
Магистры, полководцы, короли.

Где слава их?
Где гордость их надменная,
Орёл на шляпе, сокол на щите?
А ты жива, бессмертная, нетленная,
Загадочная в мудрой простоте.

А ты лежишь, бескрайная пределами,
Ковры своих просторных нив, стеля,
Сынами возвеличенная смелыми
Родная сердцу русская земля!
1943

Октябрь, 2008

X