Анатолий Аврутин (Беларусь)
Неказистая Родина

***

Россия... Родина... Рябина...
Распятье... Реченька... Роса...
О, как светло и некартинно
Парят над лугом голоса!
Парят... Схлестнулись в этом пенье,
Как в тёплой капельке со лба,
Судьба... Смятение... Спасенье…
Строка… Спасение... Судьба...

***

Всё, как всегда... Скрипят ступени,
Аккорды строятся не в лад,
И гипсовый Сергей Есенин
С челом, уткнувшимся в салат…

Все, как всегда... Чужие руки,
Знакомый холодок в спине.
За встречу — целых две разлуки...
За всё заплачено вдвойне.

Всё, как всегда... Осколки брызнут,
Вспорхнёт с берёзы вороньё.
Всю жизнь выходит на Отчизну
Оконце узкое моё.

Всё, как всегда… Не вышло чуда —
Постель пуста и даль пуста.
И лишь в ночной тиши Иуда
Целует Родину в уста…

***


По России Пушкина и Блока,
Где опять всевластен Смердяков,
Без оков бредётся одиноко,
Тяжело бредётся без оков.

Непривычно к вольному дыханью,
Подреберье чуточку саднит,
Хоть Отчизна не ладонью — дланью
Вдруг не щёк коснулась, а ланит...

Ты бредёшь под заговор синичий, —
Роковой послушник ремесла.
Ты бредёшь... А хочется по-птичьи
Распластать саднящие крыла.

Чтоб парить взъерошенною ранью
Над смурной убогостью полей,
Чтобы слышать хрип, а не дыханье
Оскорблённой Родины своей...

***

Неказистая Родина
Чем-то похожа на вскрик,
На глумленье травы
Над тяжёлым ноздристым асфальтом,
На весну без цветенья,
На стопку нечитанных книг,
На простуженный бас,
Что поёт петушащимся альтом…
Неказистая Родина
Тихо рыдает в рукав.
Ни о чем не прося,
Успевая присесть на дорогу.
И в прощальных объятьях
Подушки и травы измяв,
Всё темнеет лицом,
Всё уходит в своё понемногу...
Неказистая Родина...
Хлипенький старый мосток,
Вечный запах дымка
Над заглохшим давно паровозом…
Как же всё изменилось!
А я вот такую сберёг,
Поклоняясь открытости глаз
И шумливым берёзам.
Неказистая Родина...

***

Как тревожен пейзаж,
Как понуро вдали заоконье!
Все мы — блудные дети,
Чьи головы меч не сечёт.
Вон уселись грачи
На чернёно-серебряной кроне, —
Только б видеть и видеть,
А всё остальное — не в счёт.

Две исконных беды
На Руси — дураки и дороги.
Дураков прибывает,
А умным — дорога в острог...
Не могу, когда лгут,
Что душою терзались о Боге,
Позабыв, как недавно
Глумились: "Враньё этот Бог..."

И в душе запеклась,
Будто кровь на обветренной ране,
Вековая обида
За этот забытый народ,
За того мужичка,
Что с получки ночует в бурьяне,
И всё шарит бутылку...
А всё остальное — не в счёт.

Как он ловок венец
За венцом возводить колокольне,
Как он любит по-старому
Мерить — верста да аршин!..
А поранится: "Больно,
Михеич?" — Ответит: "Не больно..."
Всё не больно — и нажил
Не больно до самых седин.

Он доволен житьём,
Хоть мерцает в зрачках укоризна:
"Кто заступник народный?..
Чего он опять не идет?.."
Изменяется всё...
Пусть останется только Отчизна,
Да смурной мужичонка...
А всё остальное — не в счёт…

***

Опять бесчестье — быть в чести.
Опять бесславье — жить во славе…
Спасённых некому спасти,
Когда ты правым быть — не вправе.

Когда вдвойне постыден стыд,
И мстят за то, что ты не мстил им.
Когда прощённый не простит
Его простивших — до могилы.

Когда не сбудется уже
То, чтоб надеждах было, было...
Да по-звериному в душе
Рычит погасшее светило.

А тёмноскулая волна
Влачит литое отраженье —
Всегда одна... Всегда вольна…
Всегда — предвестник пораженья…

Май, 2006

X